Хотелось бы, чтобы библиотека в будущем не потеряла свою главную функцию — хранение книг. Я уверена, что за счёт новых форм работы посетители у нас будут. И хочу, чтобы они по-настоящему ценили именно литературу.

Музеи будут трансформироваться под современные идеи, но с сохранением
классических черт. Будет сочетание привычных объектов в витринах и современных 3D-проекций, интерактивных экранов или чего-то подобного. Но всё же никакая цифровизация не заменит хорошего, классного, думающего экскурсовода, который своим делом горит и делает его с удовольствием.

У нас, в библиотеке-читальне, устоявшийся коллектив, а вот в филиале на Большой Почтовой — в основном молодёжь. И мы, конечно, друг у друга многому учимся. Например, молодые помогают нам с информационными технологиями, которые обязательны в нашей работе сейчас. А мы помогаем им в работе с книжным фондом.

Мой возраст мне помогает, потому что проще найти общий язык с юными посетителями. Старшие коллеги и их опыт передают и сохраняют те традиции музейного дела, на которых, в принципе, музей держится. Они учителя, наставники, могут многое рассказать и полезные советы тоже дать.

За последние годы молодёжи в библиотеке стало намного больше. У нас появились новые форматы работы, а ещё люди часто приходят не работать, а просто отдохнуть в нашей атмосфере. Чтобы посетители возвращались снова и снова, как это происходит в нашей библиотеке-читальне, очень важна и человеческая составляющая. Сотрудники должны проявлять терпение, внимание и желание помочь.

Сегодня людей стало сложнее удивлять. Причём речь даже не про взрослых людей, а про юных посетителей, которые имеют доступ к огромному количеству самой разнообразной информации. Мы с коллегами стараемся следовать современным трендам. Например, разработали экскурсию, полностью основанную на популярной компьютерной игре.

И читателям, и библиотекарям становится удобнее. Например, единый читательский билет. Это удобная пластиковая карточка, теперь можно из дома открыть сводный каталог в электронном виде, заказать нужное издание, посмотреть библиотеку и в течение нескольких дней получить.

Наш музей является сочетанием общественного пространства и научного центра. Я в Биокластере могу заниматься научной деятельностью. Причём для этого необязательно с головой погружаться в какие-то умные учебники. Наука меня преследует повсюду: от создания новых экскурсий, квестов, мероприятий до изготовления микропрепаратов, полевых сборов в коллекцию биологического музея.

Библиотеки за последние годы прошли серьёзную модернизацию и стали более технологичными. И при этом не потеряли атмосферу тишины и уюта. Есть ещё один важный аспект модернизации, уже не технологический. Мы теперь работаем с 10 утра до 10 вечера, чтобы читатели могли прийти в любое удобное время.

В прошлом году при нашем музее заработал первый в стране Биокластер. Его уникальность заключается в комплексном и одновременно точечном подходе к изучению биологии. Он состоит из нескольких тематических павильонов, что в совокупности создаёт единую картину биологических процессов. Это нестандартный и технологичный подход, аналогов в России нет.

Моё будущее в музыке — идти дальше, развиваться и находить новые пути.

Я думаю, в ближайшее время в музыке будет только улучшение, потому что сейчас у молодого поколения очень высокий исполнительский уровень. Они молодцы, что они очень много нового привносят, и я думаю, что будет ещё большее культурное развитие. Мы постараемся где-то идти тоже вместе. Они потом пойдут вперёд, потому что за ними будущее.

Конечно, в музыке есть связь поколений. Это естественный путь: если не будет развития в музыке, то мы бы так и оставались на каком-то одном этапе и не было бы сейчас современных направлений в музыке.

Опытный музыкант может очень многому научиться у молодых. Я сам преподаю, и я обратил внимание: ученики всегда привносят что-то новое. Это может проявляться даже в простом разговоре. Всё то, что они говорят, даже мы, старшее поколение, это слушаем, впитываем, хотим их понять и учимся.

Я думаю, пятьдесят лет назад обучение было совсем другим, и сейчас дети уже в
пятом-шестом классах играют так, как не все взрослые музыканты могут сыграть. Из-за этого многие забывают про то, что такое музыка, и начинают больше думать о том, как сыграть больше нот, чем о чувствах, об эмоциях.
Для меня в обучении главное — свобода творчества, ведь для меня музыка — это
умение рассказывать без слов. А без свободы это почти невозможно.

Когда я играл классику, мне было девятнадцать лет или, как Амелии, шестнадцать, я думал, что играю гениально — у меня был юношеский максимализм. Когда мне исполнилось сорок — сорок один, я стал понимать, что сейчас те же произведения я сыграл бы совершенно по-другому. Юные — пусть играют всё, даже сложное, это важно. У них есть хорошие амбиции, я сам был таким.

Москва за последние годы обзавелась площадками мирового уровня: «Зарядье», Дом музыки, новая сцена Театра эстрады. Активно обновляются и музыкальные образовательные учреждения. На сегодняшний момент это очень правильное решение правительства Москвы. Я смотрю на юных товарищей — в Москве для них появилось много возможностей для реализации их талантов. Они с удовольствием занимаются и изучают новый материал. Самое главное — они просто с радостью выступают и очень это любят. Я на себя возьму ответственность и скажу: молодой музыкант может построить мировую карьеру в Москве. Думаю, что Москва сейчас в пятёрке мировых культурных столиц.

Для меня сцена мечты в Москве — это зал Консерватории имени Чайковского. Она предназначена для классической музыки, и играть там джаз — это огромная честь. Если говорить про победу в конкурсе «Грант Мэра Москвы» — это в первую очередь признание достижений и признание того, сколько мы к этому шли с моим преподавателем Кириллом Игоревичем Горбуновым. На гранты подавалось сто участников на номинацию «Джазовое исполнительство», и выиграть в этом конкурсе — огромный успех для меня. Я смогла купить новый инструмент на выигранные деньги.

Появляются новые возможности: видео, электроника, звук, свет, много новых цифровых введений, которые ты можешь использовать. И это стало органичным для сегодняшнего театра, но от этого не меняется суть.

Театр — это, как сказал наш небесный художественный руководитель (Олег Табаков — прим. ред.), единственное место, где чудо ещё сохранилось. И я уверен, что люди театра будут продолжать сохранять это чудо. Наш театр будет расти, множиться, будет расти количество постановок. И я верю и надеюсь, что будет расти количество наших любимых зрителей, ради которых мы всё делаем.

В Москве есть прекрасный фестиваль «Театральный бульвар». Люди, которые, может, никогда и не были в театре, вдруг им заинтересуются и захотят сходить — и есть шанс, что они зацепят что-то яркое, и вырастет интерес вообще к театральному искусству. Поэтому это хорошее дело, для нас всех важное.

Я уже третий год участвую в «Театральном бульваре» от Театра Олега Табакова и Школы Олега Табакова. Мне довелось прошлым летом провести мастер-класс, и я получил огромный опыт, потому как люди просто гуляют, они не знают, что это за театр, что это за актёры. И ты их либо заинтересуешь, либо нет. Это хорошая возможность заявить о себе, о своём театре, о нашем коллективе и привлечь каких-то новых зрителей.

Театральное искусство — штука, я бы сказал, опасная. Вообще зрители платят за страсть, где слёзы — так слёзы, смех — так смех. Это всё видят люди. Зрителя невозможно обмануть. Спектакли должны быть такими, чтобы людям было интересно.

Наш театр растёт, и о нём узнают всё больше и больше людей. Театр должен быть актуален. И для моего поколения, которое существует на каких-то диких скоростях, в большой активности, какой-то колоссальной многозадачности, конечно, очень важно приходить в зрительный зал. Садишься и смотришь на живого человека, который здесь и сейчас: с ним что-то происходит, он пытается чего-то добиться или что-то доказать, ошибается — конечно, тебе интересно на него посмотреть — это в нас заложено интуитивно.

Когда студент попадает в театр, у него колоссальный задор — он готов войти в любую работу. И мастера здесь уже его грамотно направляют: куда ему стоит свои силы тратить, а куда не стоит. То есть идёт такая преемственность поколений. И всё самое лучшее, что у них есть, мы присваиваем и в дальнейшем стараемся использовать на сцене, в кино, на каких-то других мероприятиях.

Молодёжь у нас очень амбициозная и эмоциональная, но ты ему говоришь: «А теперь мастерство, а теперь — профессия". Должно быть сочетание ремесла и вот этого эмоционального порыва к свершениям. Это называется огранка таланта. Принимая человека в театр, я должен видеть яркую личность, человека, который может переживать. Этому научить невозможно, воспитать невозможно.

В мире всё настолько быстро меняется, а театр существует уже много веков. Чтобы в этой гонке крепко держаться на ногах, нужно делать то, что нравится самому. Во что сам веришь, по поводу чего сам плачешь и смеёшься — вот это и делать. Не надо гнаться за модой, по-моему. Если тебя это не волнует, то и зрителя не будет волновать — вот главная формула.

Историческая сцена Театра Табакова пережила грандиозную реконструкцию. У нас увеличилось количество зрительных мест — теперь их 119, сцена технически очень сильно оснащена, чтобы любые замыслы режиссёров можно было воплотить.

Сам по себе ремонт роскошный, сделанный максимально с любовью, чтобы сохранить традиции и привнести новые технологии. Он сохранил дух того подвала, который создал Олег Павлович с первым набором.

Наша мечта — это своя профессиональная сценическая площадка. Мы надеемся открыть новые направления в нашем колледже, в том числе управленческие, продюсерские. И я надеюсь, что Алексей Евдокимов, как и обещал, придёт к нам в колледж с лекцией о технологиях.

Будущее уже наступило! Размах и скорость развития кинопроизводства сегодня в Москве поражают. И я думаю, что в перспективе пяти лет Москва должна стать европейским центральным хабом по кинопроизводству. Я уверен, что в перспективе пяти лет творцы придут и покажут, что наше кино конкурентно.

Мы в следующем году или через год — и нас поддерживает в этом Департамент культуры — планируем открыть направление по звукорежиссуре. Я понимаю, что расширение специальностей даёт больше вариантов для карьеры наших выпускников. Одна наша выпускница закончила ВГИК и сейчас является востребованным звукорежиссёром.

Музыка — это наследие, это вечное наше достояние. Но можно посмотреть на музыку как на цифровой актив. Если бы я пришёл в музыкальный колледж к Елене Гудовой, я бы рассказал о более технических, более программистских знаниях, которые могут облегчить и сам процесс образования, а может, дать новые ракурсы в творчестве — в написании
музыки.

Наш колледж изначально с концертной концепцией: мы выходим на лучшие сценические площадки Москвы — Московскую консерваторию, Московский международный Дом музыки, концертный зал «Зарядье». И с площадками нам оказывает поддержку Департамент культуры, за что огромное спасибо.

Практика — это важная часть нашего производства. Я по образованию оператор-постановщик и хорошо понимаю, как мыслят кинематографисты. В то же время я сталкиваюсь со специалистами, которые к нам приходят из IT. Мы выстраиваем связи, условия, при которых разные представители цехов и наши сотрудники могут общаться и обмениваться видением, опытом.

Бывает, съёмочная группа более молодого поколения — более продвинутая, и для них встреча с технологиями не вызывает отторжения. Бывает, съёмочная группа постарше — для них новые технологии — это что-то новое. Они снимали в поле, а теперь нужно что-то создать в 3D. И часто это вызывает сложности, мы помогаем их преодолеть.

В области культуры преемственность — это основа дальнейших успехов. Когда работаешь с детьми и молодыми людьми, время идёт вспять. Нам профессия возвращает молодость. Кстати, у нас сейчас 33 процента от всего коллектива за 13 лет моей работы — это бывшие мои студенты, которые вернулись в коллектив.

Моё поколение застало и плёнку, и цифру — сейчас вот виртуальный продакшен. Московский кинокластер сегодня объединяет и «физику» (натурные площадки кинопарка), и «цифру» (студии виртуального продакшена). Это не противоборство, а сотворчество. Я бы сказал так, что художники строят основу, а мы занимаемся тем, чтобы создать горизонт.

Современный колледж — это всегда чувство времени, потому что приходят молодые люди с трёх лет и учатся у нас за 20 лет. И поэтому мы чётко чувствуем, как звучит и пульсирует, например, сам век, — в то же время бесконечное уважение к традициям, ибо в искусстве всё строится на традициях, умении воплощать и выполнять то лучшее, что создавалось до нас, и передавать дальше. Это соединение века современного и бесконечных традиций.

Я думаю, парк станет более массовым. Я думаю, что через пять лет нужно достичь амбициозной цели, чтобы мы были на слуху, чтобы о нас знали. А для этого нам необходимо уже сейчас проводить массовые мероприятия, о которых будет знать город.

Возврата к корням в чистом виде не будет, потому что нам на помощь приходят и искусственный интеллект, и современные технологии. Уже сейчас в наших выставочных пространствах мы используем QR-коды, по которым люди могут заходить и погружаться в тему той или иной выставки. На концертных площадках это всё тоже будет, поэтому будущее нас ждёт прекрасное и интересное.

В отличие от театра или концертного зала, куда зритель приходит целенаправленно, на городской праздник люди попадают случайно, по пути, гуляя с семьёй или просто проходя мимо. И удержать их, сделать так, чтобы они захотели остаться, — это особая задача. Соответственно, программа всегда строится максимально разнообразно, чтобы каждый мог для себя найти какой-то кусочек.

Нравиться всем — конечно, невозможно, поэтому мы возвращаемся к компромиссам — нужно выбирать: какую мы задачу в данный момент хотим решить непосредственно с нашими посетителями. Важнейший инструмент для понимания аудитории — обратная связь, например, количество регистраций на мероприятия. Если люди не сильно идут, то, наверное, здесь всё-таки не очень попали в спрос. Эмоциональная составляющая — одна
из основных реперных точек обратной связи.

Мы всегда, приходя в любую локацию, в том числе в парк, пытаемся праздник вписать в данные обстоятельства. И каждый год это основная задача — трансформировать пространство под ту идею, с которой мы работаем сейчас. Мы создаём события, полностью вписанные в городскую среду.

На самом деле визуальный образ — это, наверное, первое, на что зритель обращает внимание. То есть он «хоп» — и внимание ловит, а мы его должны дальше уже зацепить и удержать. Но какая бы картинка ни была, важно, конечно же, содержимое. Вот как фантик с конфетой: она может быть красивой, но конфета должна быть вкусной.

Город и его жители подсказывают, какие события нужны. Задача профессионалов — увидеть эти ростки, не задушить их, а наоборот, поддержать и помочь им вырасти в нечто большее.

Если мы видим, что у нас, например, лавочки используются для игры в шахматы, то, конечно, мы будем пробовать развивать эту историю. Наша задача — ловить эти настроения, эти тренды, которые хочет видеть наш посетитель, наши, не побоюсь этого слова, зрители.

Никаких границ для смешения жанров и форматов сегодня не существует. Именно неожиданные сочетания дают самый яркий эффект, и в этом заключается современный подход к организации городских праздников. Например, День защиты детей, который мы проводили на протяжении 10 лет на Цветном бульваре, а потом на кардинально другой по организации места площадке — в музее-заповеднике «Коломенское» — и везде по-разному пространство разделяем на зоны, где есть и спорт, и театр, и всё-всё-всё, объединённое одной идеей совместного семейного творчества.

В контексте районного пространства всегда нужно учитывать интересы абсолютно всех жителей района и гостей. Это самое главное. Мы всегда находимся в поиске, всегда ищем то, что цепляет аудиторию. Как бы многие ни говорили, что это невозможно, мы должны стараться это делать. Поэтому это очень интересный процесс, особенно в контексте каких-то социокультурных аспектов.